Хочешь преуспеть в жизни?
Этот вызывающий лозунг можно было бы пропустить мимо ушей, если бы он не прозвучал из уст Дова Фрумана – заместителя президента международной корпорации «Интел »и генерального директора ее иерусалимского филиала. Один из отцов- основателей израильского хай- тека, «технологический вундеркинд », профессор физики, лауреат Премии Израиля, преуспевающий босс, он говорит о первостепенной важности прорыва израильских высокотехнологических фирм на мировой рынок. Он считает: чтобы выжить в эпоху глобализации мировой экономики, Израиль должен стать более конкурентоспособным и не уступать Бостону и Швеции, следующими за Силиконовой долиной в области хай- тека. Он напоминает, что основные экономические ресурсы нашего государства –не что иное, как еврейские мозги, способные генерировать технологические идеи.
И вдруг: «Я обращаюсь к молодым людям: идите учить философию, изучайте поэзию, литературу, историю, иудаизм, Талмуд. Математика и физика –это прекрасно! Но не за счет философии, поэзии, истории ».
Интервью с Довом Фруманом было опубликовано недавно в центральной израильской газете «Едиот ахронот » ( «Последние известия ») , беседовал он с журналистом Ури Урбахом , и на насмешливый вопрос Ури: «Но ведь ты не примешь на работу кого- нибудь вроде меня, изучавшего философию и спорт! »- Фруман ответил: «Ошибаешься! Если ко мне придут два человека: один с инженерным образованием, а другой вроде тебя, я возьму на работу последнего. Кстати сказать, инженера в любом случае не возьму. . . Он явно начал профессиональное обучение уже в старших классах школы, и есть опасность, что «замкнулся »на этом и не может думать широко ». И в подтверждение своего парадоксального подхода к отбору кадров добавил: «Я устроил на «Интел »два десятка твоих коллег, когда закрылась газета «Хадашот »( «Новости ») , несмотря на то, что ни у кого из них не было технологической специализации ».
Все это правда. «Интел » постоянно расширяется и обновляется, и часто в газетах появляются объявления о конкурсном наборе на работу. В отличие от других больших предприятий хай- тека, предупреждающих заранее, что люди с гуманитарным образованием их не интересуют, «Интел »приглашает на тестирование всех желающих. Разумеется, отбираются люди с потенциальными возможностями и способностью к обучению новой профессии. Экзамены длятся целый день и завершаются собеседованием с группой психологов, что и определяет судьбу претендента на место под солнцем «Интела »со всеми его благами и хорошими зарплатами.
Открытость и неординарность подхода при приеме на работу увеличивает шансы на успех и желающего работать, и работодателя. Но Фруман - человек достаточно жесткий, когда речь идет о самом деле.
«Кому легко или приятно уволить работника? Но когда я видел, что после года- двух человек не смог интегрироваться в коллектив, что он - середняк, что уже не способен воспарить, я вызывал его и говорил прямо: «Давай расстанемся, так будет лучше для нас обоих. Это место не для тебя, я не уверен, что ты можешь что- то дать заводу ». Я привык принимать трудные решения ».
Дов Фруман называет себя «пленником 60- х ». Это было время, когда молодежь Европы решила, что возможно переделать мир, и вышла на улицы. А в крупнейших университетах пуританской Америки - Калифорнийском, Колумбийском и Йельском - декларировались свобода, братство и свободная любовь. На площадях студенты протестовали против американского военного вмешательства в юго- восточной Азии, в кампусах джаз и наркотики слегка охлаждали революционный пыл. Фруман учился тогда в Беркли, делал вторую степень, а затем и докторат ( первую он получил в Технионе, на факультете инженерной электроники) , и жил полнокровной студенческой жизнью. Здесь он научился мыслить независимо, стал индивидуалистом. Здесь же познакомился со своей будущей женой. В 65- м двадцатишестилетний ученый стал сотрудником престижной технологической лаборатории в Беркли и получил международный приз Всемирного общества инженеров- электронщиков «За отличную научную статью ».
Три филиала «Интела »: в Хайфе, Иерусалиме и Кирьят- Гате –дело рук Дова Фрумана. Он привез из США и «привил »в Израиле в самом начале 80- х новое понятие «хай- тек », знакомое тогда не более чем трем десяткам человек, посвященным в секреты «Ай-Би-Эм ».И вот сегодня,когда «Интел »процветает и продолжает набирать силу,Фруман оставляет свое детище,увольняется.«Я должен отдохнуть от «Интела »,а он –от меня ». Он пока не решил,чем будет заниматься конкретно,однако намекает,что интерес его повернут в сторону национальных приоритетов. «Хочешь стать генеральным директором министерства просвещения?»-пытается угадать Ури Урбах.-«Вот уж точно –нет »,- парирует Фруман,-«я не стану этим заниматься,несмотря на то,что просвещение, образование я считаю одним из самых важных дел,почти святым».
У него свой взгляд на просвещение и воспитание:«Я за сократовский принцип познания,когда учитель задает вопросы, интересующие учеников -ученикам же,но имеющим свою,необычную точку зрения на вещи.Я против того,чтобы запихивать в молодого человека учебный материал...Я против профессионального образования в раннем возрасте.В старших классах надо думать о том,как расширить кругозор молодого человека,как научить его мыслить самостоятельно, научить видеть перспективу в жизни. Это время, когда так важно испытать себя и открыть этот мир. А профессию можно изучить и в тридцать. Куда торопиться? . . ». - «Однако промывка мозгов лозунгами о технологическом будущем и необходимости как можно раньше получить знания в этой области ведется твоими же коллегами, возглавляющими крупные фирмы », - возражает Ури Урбах. –«Я отвечаю только за свои слова. У меня двое детей: сыну –25 лет, дочке –21. Не думаю, что они пойдут в хай- тек. Но я рад, что это решение их, а не мое. Впрочем, если бы решение зависело от меня, я не уверен, что посоветовал бы детям выбрать именно это направление ».
Итак, «шестидесятник »Фруман – за гуманитарное образование, за самостоятельное мышление, за нетривиальный выбор и. . . за равные для всех возможности этого самого выбора. Потому высшим достижением цивилизации он считает Интернет, и называет его первым в истории развития технологического прогресса демократическим изобретением, открывающим равные для всех возможности.
«Я разделяю мнение о том, что Интернет способствует отчуждению в обществе, но эта проблема лежит уже в другой плоскости. . . Если бы в нашей стране была продумана и спланирована общая система управления Интернетом на длительный срок, мы сумели бы извлечь максимальную для общества пользу, последовательно используя все его возможности. Результатом могут быть не только существенные социальные перемены, но и изменение карты страны. Я уже вижу, как задыхается переполненный Тель- Авив, и думаю, что люди, наконец, откроют прелесть нашего юга. Я предполагаю, что в течение десяти лет самое высокое качество жизни будет в Негеве, и потому считаю ошибкой приближать периферию к центру. На мой взгляд, нужно центр приближать к периферии...»
Он родился в Амстердаме в 1939 году, куда родители бежали из нацистской Польши. Но те их все равно уничтожили, а маленький Дов попал в Палестину благодаря организации Еврейского агентства «Алият а- ноар ». Рос в деревне Ницаним, школу заканчивал в Тель- Авиве. Потом - армия, учеба в Технионе, поездка в Калифорнию и возвращение на родину.
Фруман живет в иерусалимском квартале Бейт а- Керем. В начале тридцатых здесь был пустырь, заваленный обломками камней, и местная интеллигенция - учителя, врачи, писатели - расчистила его, построила свои дома и высадила деревья. Сегодня это тихий, утопающий в зелени престижный район. Разъезжает Фруман на мотоцикле «сузуки- 350 », а в отпуск с семьей отправляется на маленьком самолете, собственном, разумеется. На службе появляется неизменно в джинсах и рубахе. На вопрос журналиста, как он справляется с параноидальной иерархией этого американского гиганта, Дов отвечает: «Посмотри на меня. Дикая борода. Видишь, как я одет, и никогда не менял стиля. Ежегодно беру шесть недель отпуска. . . Спроси, было ли “Интелу ”легко со мной? Думаю, нет. Но я понимаю и уважаю их за то, что не обращали внимание на мой внешний вид, на оболочку, а принимали в расчет лишь мои дела. Я был смелым генеральным директором, который смотрит вперед, а это нелегко и не всегда приятно, потому что требует нетривиальных решений».
Вот и еще одно –он оставляет свое детище, потому что хочет другой деятельности. Какой? Узнаем позже. А пока:
Урбах: Дов, чего тебе не хватает в жизни? Фруман: Мне не хватает свободного времени, чтобы просто сидеть и читать книги, рассказы, стихи, мемуары. Но сейчас я, возможно, освобожусь для этого. . .
(c)
» Войдите в систему или зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность отправлять комментарии | email this page